• Музыка
  • Книги
  • Фотоальбом
  • Пресса
  • Пресс-релиз
  • Гостевая
  • Дневник
  • Контакты
  •  
    Интерлюдия

    Что такое три "Д"? Три "Д" значит: "Дай дорогу дураку!", а в моем, женском, случае – "дуре!"
    Только кто же даст дорогу, скажете вы, тем более дуре?
    А я думаю, что именно дуре дорогу и уступят!
    Вы посмотрите, как дуры рассекают на красивых тачках, и все от них шарахаются. Потому что – дуры! Вернее, прикидываются таковыми! А это уже особое искусство. И все на дороге знают, что с такими лучше не связываться!
    А в личной жизни? Все нормальных мужиков "дуры" поразбирали. А те, что похуже – полудуры.
    А нам что, умным, остается делать? Мы ведь прикидывать не хотим, потому что мы к тому же еще и гордые, изображать из себя дур считаем ниже своего достоинства! Вот и приходится ездить на метро или, в лучшем случае, на ржавых "Жигулях" (и то и другое опасно для жизни), но самое обидное – оставаться одинокими и быть все время на вторых ролях!
    Не-е-ет, я тоже дурой быть хочу: рассекать на дорогущей машине, нарушать правила, и если меня вдруг остановит "гаишник" и попросит предъявить документы, совершенно с дурацким видом на лице достать из сумочки все, что имеется (помаду, зеркальце, носовой платок, мобильный.)
    – Ах, документы? – переспросить его, как только он обратится ко мне снова, и тогда предъявить ему все, что имею: членскую карту спортивного клуба, золотые карточки покупателя во всевозможных бутиках и справку от врача: я же дура!
    А если этот "гаишник" будет упорствовать, позвонить своему другу и промяукать в трубку:
    – Милый, это я, твоя киска! Меня тут какой-то мужчина прямо на пути к тебе остановил и требует предъявить документы. Я ему уже все показала, а он меня не хочет отпускать и еще про какой-то техосмотр спрашивает. Что говоришь? Дать ему трубочку?
    Потом даешь мобильный "гаишнику". Твой друг начинает называть ему пять причин, по которым ему следует оставить тебя, но уже на третьей мужик понимает, что отпустить дуру нужно немедленно и отпускает. "Плыви, мол, золотая рыбка", – и ми-ило так тебе улыбается.
    Ну, разве не прелесть?
    И живут эти "дурочки" счастливо, ни в чем не нуждаясь! И дом у них на Рублевке, и цвет лица у них лучше, и морщин совсем нету, и плевать они на все хотели с высоты своих каблуков, сравнимой с высотой высокой башни.
    И все у них в личной жизни нормально, потому что с такими дурами мужики себя лучше чувствуют – у них не только самооценка поднимается.
    Не-ет, все-таки что ни говори, а уметь прикидывать дурой – большо-о-ое дело! Лучше, чем скромницей и "серой мышкой".
    Конечно, звучит немного грубовато, но можно стать и не дурой, а. куклой! Как говорила одна моя приятельница, тоже из таких (годами дурость нарабатывала): "Красота и ум – несовместимы! А быть красивой, жуть как хочется!" Ну, разве не "дура"? Мозги – ого-го!
    В этом вопросе я на стороне француженок. Они как считают: если до 30 лет женщина не стала красавицей, значит она дура! Вот смотри: идет по улице молодая женщина, слегка за тридцать, невзрачная такая, плохо одетая и ни одни мужчины на нее не посмотрят, а если и посмотрит, то с явной жалостью! Вот вам типичный пример умной!
    И в чем, вы тогда спросите, ум заключается?
    А в том, что ТОЛЬКО УМНАЯ ЖЕНЩИНА ЗНАЕТ, КОГДА НУЖНО ПРИКИНУТЬСЯ ДУРОЙ!
    Вот это верно подмечено!
    А остальным, кто это к тридцати годам не понял, приходится только злорадствовать: "Красота – дело наживное: силикон, имплантант, побольше штукатурки на лицо.
    Жаль, что мозги силиконом не накачаешь! Это им, дурам, жаль! А нам умным – одна радость!"
    Только безрадостно это все как-то звучит.
    Но не все еще потеряно!
    Если вам еще нет тридцати, вы хороши собой и ваш идеал женщины – не Софья Ковалевская, а самое главное – вы хотите стать богатой и знаменитой, тогда эта книга для вас!
    Так что, милые куколки! Добро пожаловать!

    1 глава

    Вика Рыжова сегодня впервые блистала в светском обществе. Конечно, это вам не бал и даже не конкурс красоты, а открытие очередного сезона охоты. И не дворец, а частный клуб на Рублевке. Зато принцев хоть отбавляй! И все – охотники.
    Попала Вика туда совершенно случайно. Ее пригласила одна приятельница, очень состоятельная и замужняя дама. Вика сидела рядом с известными актерами и политиками, попивала эксклюзивное вино и хихикала каждой шутке, потому что все хихикали. И хоть она половина не понимала из того, что говорилось, она делала вид, что понимает ВСЕ. Поэтому не только хихикала, но и многозначительно кивала головой, когда заходил разговор о более серьезных вещах (обычно так дуры и делают.)
    Но вот в самый разгар бала, состоятельная приятельница дернула Вику за рукав и сказала строго на ушко, прямо как добрая фея-крестная из сказки:
    – Пора!
    Изобразив на лице разочарование, современная Золушка попыталась покапризничать, как в детстве:
    – Ну, еще хотя бы полчасика. Я уже на горячую семгу заказала. – ее такими деликатесами давно никто не потчевал.
    Но Тонька была непреклонна:
    – Машина уже ждет. Уйдем по-английски.
    – Что? – округлили глаза Вика. – Я даже не с кем не попрощаюсь? Это как-то по-английски невежливо.
    – Иначе пойдешь пешком. По-русски.
    "Ну, уж нет! Пешком? С Рублевки?"
    Рыжова невесело кивнула в ответ. А что оставалось делать? Тонька – она такая! И вправду может тебя послать по-русски. Пешком.
    Девушка вздохнула. Громыхнув неосторожно стулом, Рыжова принялась подниматься из-за стола.
    – Неужели вы уходите? – спросил ее сосед напротив, видный деятель искусств.
    – Ага! По-английски.
    Виновато улыбаясь, Вика с неохотой поднялась с насиженного мягкого стула.
    – Как же так, Виктория, – это уже сокрушался политик из левых. – Вы нас покидаете в самый разгар праздника!
    "Да-а, – с грустью взглянула на этого молодого мужчину Рыжова, – такой шанс упустила:
    богатый и неженатый. Эх, мне бы еще полчасика. Я бы им тут устроила сексуальную революцию!"
    Но Антонина чуть ли не выволокла ее из-за стола:
    – Я и так с трудом уговорила моего водителя подождать тебя до десяти., – шипела она Рыжовой на ухо, превращаясь из доброй феи в злюку и зануду. – Я поеду позже – с мужем. и совсем в другую сторону. На дачу, в Жуковку. Так что у тебя выбора нет!
    Вика шла рядом, бросая прощальный взгляд на Рублевское "королевство". И с каждым шагом по направлению к выходу она чувствовала, как тает за ее спиной весь этот золотой ампир, словно недоеденное мороженое.
    Они уже подошли к гардеробной, и тут в толпе тусующего бомонда Вика увидела знакомое лицо. Лицо, конечно, ее не увидело. Импозантный мужчина стоял и разговаривал еще с двумя себе подобными.
    "Ах, как хочется, чтоб он оглянулся и посмотрел на меня!" – моментально подумалось Вике. – Что же делать?"
    – Ой, – тут же она пискнула Антонине. – Можно я в туалет на дорожку.
    – Только живо, – процедила та сквозь зубы.
    "И чтоб не на дорожку! – добавила Вика, ступая по ковру, ведущую в дамскую комнату. – А то потом не расплатишься за нанесенный ущерб!"
    Девушка прошмыгнула в уборную и, потолкавшись пару минут возле зеркала, вышла. Но знакомое лицо уже куда-то исчезло.
    "Вот невезуха!" – рассердилась Рыжова на себя, но больше всего на Тоньку, и, позволив швейцару накинуть на себя коротенькое пальтишко, чмокнула добрую фею в щеку:
    – Ну, я пошла!
    На выходе ей сунули бумажный пакет с рекламной продукцией и неким презентом, довольная непонятно чем Вика вышла на улицу и (о чудо!) увидела то самое лицо.
    Была ранняя осень, и теплый сентябрьский вечер с запахом уходящего лета по-прежнему умилял надеждою, что мечты еще могут сбыться... Легкие сумеречные тона, добавляли романтизма и дерзкой уверенности даже самым застенчивым особам.
    Итак, мужчина стоял в обществе потомственных охотников и курил сигару.
    "Вот мой звездный час! – радостно пискнуло что-то у Вики внутри: – Прочь все страхи! Долой влажные ладони! Сегодня я не серая мышь, а белый лебедь! – изобрлеа она короткий аутотренинг. – Пока буду спускаться, он снизу успеет оценить всю длину моих ног! Да и в таком ракурсе я выгляжу намного стройнее и выше! Как здорово, что я похудела. – сделала она первый шаг. – Ну, посмотри же на меня, придурок!"
    Мужчин, словно по команде поднял глаза вверх и увидел Вику. Его удлиненное загорелое лицо, стало еще длинней и даже, как показалось девушке, немного побледнело.
    С торжественным видом спускаясь вниз, словно "Мисс Вселенная", Вика приветственно улыбнулась ему:
    – Здравствуйте, Захар!
    – Вы-ы-ы-ы., – промычал тот.
    – Я! – подошла к нему Рыжова с чувством полного удовлетворения. – Я тут в качестве гостя.
    – Я. понимаю, – промямлил тот и, не переставая удивляться их встрече, потянулся к ней для дружественного поцелуя.
    Подставив щеку, Вика сказала:
    – Не ожидала, что встречусь с вами именно здесь! – она произнесла это так, будто сама являлась губернатором Рублевки.
    – И я. Как дела?
    – Все отлично! Закончила записывать альбом. На днях еду в Прагу, буду снимать свой клип, – как можно убедительней продолжала Рыжова.
    – Я рад! – как-то не очень радостно ответил Захар.
    Периферийным зрением, Вика увидела, что подъехал Тонькин черный "Ягуар". Надо было закругляться:
    – А все-таки хорошо, что вы, Захар, тогда не взяли меня в свой проект. Надеюсь, у вас тоже все сложится удачно! – добавила Вика, изобразив снисходительную улыбку. – Ну, ладно! Мне пора! Машина ждет., – махнула рукой царевна-лебедь в сторону "Ягуара".
    Захар обернулся, и тут его лицо от неожиданности одеревенело и стало похожим на маску индейца, выструганную из дерева.
    – Всем привет!
    И, зашагав к машине, Вика села в открытую перед ней дверцу, на заднее сидение авто.
    – Спасибо, Толик, что догадался открыть дверь, – сказал она водителю. – Ведь ты был не обязан.
    Бросив короткое "пжалста", Толик нажал на газ и, проехав мимо Викиного знакомого, продолжавшего стоять с застывшей миной, поинтересовался:
    – А это кто? Бывший?
    Рыжова прыснула:
    – Вот умора! Прямо как в кино! Нет, ну ты видел его лицо? – Вика была в ударе. – Бывший продюсер! Он не захотел меня в свою группу взять.
    – Это почему же? – полюбопытствовал Толик.
    – Хоть я и пою лучше других девчонок, но ему это, оказывается, нафиг не надо. Им подавай длинноногих, с большой грудью.
    – Так вроде бы все при тебе, – клацнул языком Толик.
    – Вроде бы! Это я похудела на 3 килограмма, ну а грудь. Есть парочку секретов.
    – Силикон? – Что я дура? Да и хорошие имплантаты денег стоят. Просто купила специальный лифчик, – разоткровенничалась Вика – Ну, я ему нос утерла., – снова переключилась она на Захара. – Сказала, что снимаю собственный клип в Праге.
    – Что? Вправду снимаешь?
    – Ага! Лапша на уши.
    Толик хохотнул.
    Вика ликовала. Теперь Захар будет локти кусать. Подумаешь "супер-проект": три дуры, да к тому же не поющие. Правда, ее конкурентка, Ленка Кузина, поет не хуже ее. Вот она-то всех за собой и тянет! Но Бог с этой Ленкой.
    Сейчас она, Вика Рыжова, едет по Рублево-Успенскому шоссе из дорогущего частного клуба домой на шикарной машине с личным водителем. Вот подъедет во двор – все местные пацаны рот поразевают. Конечно, они просто малолетки. Им по 16-18 лет, а ей уже 23! Но все равно приятно! Пусть знаю: Вика Рыжова – звезда! Разве это нездорово?
    – Прекрасный вечер! – вздохнула девушка полной грудью, припомнив вытянутое лицо Захара и с блаженством представив, как вытянутся лица и у парней во дворе, как только она подъедет на "Ягуаре".
    "Надо попросить Толика, еще раз открыть дверь. И, может, чтоб в подъезде тоже. Ведь перед Антониной он открывает!"
    – Веселая ты, Вика! – улыбнулся ей в водительское зеркало парень. – Тебя, до какой станции метро лучше подбросить – до "Кутузовской" или до "Киевской"?
    Ну, вот вам и конец фильма. Как говориться: лишь пробьет двенадцать раз – все исчезнет в тот же час!
    – Лучше до "Кутузовской", – выдохнула вмиг погрустневшая девушка. – Там бомжей меньше!

    назад
    «НеРублевские девочки»
     
    © Валерия Лесовская, 1995-2009 г. Любое использование материалов сайта – только с согласия автора.
    Дизайн и разработка: frilans.ru